[search-in-place-form in_current_page="1"]

Медитация

Краткое содержание:

В этой живой пятничной проповеди Албан Фейза говорит о медитации так, как её описывает Коран, — например, о признательности за творение Бога — и о том, как она удерживает нас от чрезмерного беспокойства.

Расшифровка видео:

Хвала Богу. Нет другого бога, кроме Бога. Ещё раз извините, ребята, что заставил вас ждать. Микрофон не работал. Думаю, я знаю почему. На этой неделе я тестировал кое-какие аудиопрограммы, чтобы как бы монтировать аудиозаписи, и, наверное, это сбило мне микрофон, а я не знал, что это испортит его для прямой трансляции. Так вот, о чём я хочу поговорить сегодня: да, мы планируем сделать видео-Коран, и — одну секунду. Kata всё ещё пишет, что она видит только видео, но без звука. Можете ещё раз подтвердить? Вы слышите звук?

Да. Хорошо. Значит, люди видят. Хорошо. Значит, вы слышите звук. Хорошо. Так вот, я говорил о том, что план, если будет угодно Богу, — сделать Коран в видеоформате. И я думал назвать его либо «Коран», либо «Видео-Коран», а может быть, «Видео-Коран для медитации, вдохновения и, может быть, исцеления». Представьте, что название было бы, например, «Видео-Коран для медитации, вдохновения и исцеления». Исцеление — это утверждение самого Корана. То есть сам Коран утверждает, что в Коране есть исцеление. Так что там нечего объяснять. А когда я говорю «вдохновение», я не имею в виду откровение, как это понимали в древние арабские времена. Я имею в виду вдохновение в том смысле, как мы используем это слово сегодня — в искусстве, или, скажем, когда мы смотрим фильм и говорим: «Я вдохновился пойти позаниматься». Может быть, вы видите фильм, где человек в хорошей форме, и это вдохновляет вас пойти позаниматься, — вот в таком смысле вдохновение. Вдохновение может быть от Бога или от дьявола. Так что точно не знаешь. Поэтому я осторожен, когда использую слово «вдохновение». Но в этом случае я не утверждаю какой-то определённый тип вдохновения в том смысле, что я просто говорю «Коран для вдохновения». Вы можете использовать его для вдохновения. Я не говорю, что это даст вам вдохновение от Бога. Так что с этим нужно быть осторожными. Я не делаю такого утверждения. И мне не нравится, когда люди делают такие утверждения, когда иногда они хотят быть религиозными и говорят: «Бог вдохновил меня сделать это. Бог вдохновил меня сделать то». Откуда вы знаете, что это был Бог? Может быть, это была просто ваша идея. Может быть, это было просто ваше мнение. Может быть, это то, что вам нравится. Может быть, это было от дьявола. Так что да, я обычно осторожен с тем, как я использую слово «вдохновение», но в этом случае это имеет смысл, потому что, скажем, продукт — видео-Коран, если будет угодно Богу, — будет для вдохновения. Так что я примерно так хочу его назвать: «для медитации, вдохновения и исцеления», и там есть слово «медитация». Именно на нём я и хочу сегодня сосредоточиться — объяснить, что такое медитация. Рашад довольно часто использовал слово «медитация» в Коране, и я думаю, люди иногда его неправильно понимают, поэтому я хочу немного это объяснить. Позвольте мне сначала прочитать, как Рашад использовал слово «медитация» в переводе. Я просто прочитаю несколько стихов из Корана, где используется слово «медитация» в переводе Рашада. Итак, начиная со стиха 3:17, там сказано — о верующих: «Они стойкие, правдивые, покорные, благотворительные и медитирующие на рассвете.» Стих 3:41 говорит: «Он сказал: «Господь мой, дай мне знамение». Он сказал: «Твоим знамением будет то, что в течение трёх дней ты будешь говорить с людьми только знаками. Поминай своего Господа часто и медитируй днём и ночью».» Стих 9:112 говорит: «Они — кающиеся, почитающие, восхваляющие, медитирующие, кланяющиеся и падающие ниц, призывающие к праведности и запрещающие зло и хранители законов БОГА. Передай добрую весть таким верующим.» Стих 17:79 говорит: «Во время ночи ты должен медитировать для дополнительной заслуги; быть может, Господь твой поднимет тебя на почётную ступень.» Ещё — думаю, речь о Захарии: он вышел из святилища и дал им знак: медитируйте о Боге днём и ночью. Стих 25:64 говорит: «В уединении ночи они медитируют на своего Господа и падают ниц.» Стих 26:218 говорит: «Кто видит тебя, когда ты медитируешь в ночное время.» Стих 37:143 говорит — думаю, речь об Ионе: «Если бы он не прибегнул к медитации (на Бога),» — и стих продолжается, говоря, что он не был бы спасён или что-то такое. Затем стих 39:9 говорит: «Не лучше ли быть одним из тех, кто медитирует ночью, падая ниц и вставая, помня о Будущей жизни и стремясь к милости своего Господа? Скажи: «Разве те, кто знают, равны тем, кто не знают?» Только те, кто обладают умом, внимут.» Стих 50:40 говорит: «В течение ночи и после падения ниц ты должен медитировать на Его имя.» Стих 73:2 говорит: «Медитируй в ночное время, за исключением редких случаев.» Затем следующие стихи говорят: «Медитация ночью более эффективна и более праведна.» Затем стих 73:20 говорит: «Твой Господь знает, что ты медитируешь в течение двух третей ночи, или половину её, или треть её, а также и некоторые из тех, кто уверовал с тобой». Рашад использовал слово «медитация» на английском. Однако слова «медитация» в арабском — в Коране и в арабском — на самом деле не существует в кораническом арабском. Так что часто в переводах есть слова, которые являются сочетанием многих слов. Тогда вопрос: почему Рашад его использовал? Что ж, ему пришлось, у него была цель, но я хочу позже объяснить и ещё одну. Причина, по которой он его использовал, в том, что он хотел как бы уйти от стандартных ярлыков, которые, к сожалению, используют традиционные мусульмане. Например, совсем недавно я видел, что кто-то — один из покорных — тоже попался на эту уловку. Он использовал слово «кисва» — думаю, оно означает покрывало Каабы или что-то такое. И это как бы ярлык. Это бренд. Позвольте рассказать, почему это важно, почему есть разница, используете ли вы арабское брендовое название или нет. Если я скажу, например: «Я сегодня в своих Nike». Почему я говорю это на — думаю, Nike по-гречески или, может быть, по-немецки. Думаю, по-гречески. Не знаю, Adidas тоже по-гречески или нет. Или: «Я в Adidas». Видите, я использую слово на том языке. Почему? Потому что я признаю, что это бренд, который идёт как пакет. Никто не может сказать «пол-Nike». Либо это Nike, либо нет. Так что вам это подают как пакет. Так что когда мы попадаемся на такие, скажем, уловки, которые используют религиозные люди, религиозные лидеры мира, — они это брендируют, а когда мы на это попадаемся, мы как бы признаём, что то, что вы нам подаёте, будет вот этим и ничем другим, и мы не будем это менять. Так что «кисва» — если вы используете это слово, что бы оно ни значило, — это определённая форма покрывала, и только они могут решать, что это такое. Так что это как бы уловка. Это уловка, чтобы брендировать то, что брендом не является. В Коране есть стих, который говорит: «Неужели они монополизировали знание Бога?» По сути, они монополизируют. Они говорят: либо используйте наш термин, либо мы не будем разговаривать. Так что давайте на это не попадаться. Рашад в этом переводе на это не попался, потому что когда вы приходите в мир традиционных мусульман, у них действительно есть определённые слова для этих вещей. Они такие: «Хорошо, а ты сделал вот это? А ты сделал вот то? Вот как надо делать». Или если вы пойдёте к суфиям, у них будут свои определённые слова. Знаете, кружащиеся дервиши — у них есть для этого слово. У них есть разные слова для… Суфии занимаются медитацией многими способами; проблема в том, что у них есть определённые слова для этого, которые потом обманывают вас, заставляя думать, что это единственный способ медитировать. Это не единственный способ медитировать; есть так много способов медитировать. Так что Рашад как бы отошёл от этого, не попал в эту ловушку и не использовал арабские термины, а использовал более общий термин «медитировать». Позвольте привести примеры из арабского Корана. Что он переводил как «медитировать»? В одном случае там на самом деле сказано «просить прощения», а Рашад перевёл как «медитировать». В другом случае сказано «прославлять», но Рашад перевёл как «медитировать». Ещё одно буквально означает «встать» или «бодрствовать». Рашад перевёл как «медитировать». В другом случае, я думаю, это означает что-то вроде прославления — я это упомянул. Но есть ещё одно — «выйти». Интересно: «выйти», а Рашад перевёл как «медитировать». Буквально означает «выйти». Но что вообще значит «выйти»? Выйти из своего тела? Выйти. Да. Так или иначе, я говорю о том, что он намеренно использовал слово «медитировать», потому что эти термины веками использовались неправильно. Эти другие термины, арабские бренды, — это брендинг. Это на самом деле не язык. Я не против языка. Арабский язык очень красивый, чистый и прекрасный. Проблема в брендинге. Они используют его как бренд. Так что Рашад от этого отошёл, и это было намеренно, чтобы они не навязывали вам только свою форму поклонения. То есть, например, если бы он использовал, скажем, слово «встать», каким бы оно ни было по-арабски, люди подумали бы: «О, мы должны делать традиционным способом сунны, когда люди делают дополнительное после салата» и тому подобное. Видите, я согласен с двумя брендами, кстати: салат и закят. Я согласен с этим брендом, потому что это общий, скажем, обряд, который мы разделяем. Я согласен разделять этот бренд: салат, закят — это нормально. Другие — мне не нравится брендинг. Или «Аллах». Зачем это брендировать? Зачем давать этому бренд? Это имя. Это имя. Оно означает «Бог». И да, мы можем использовать «Бог». Это нормально. Потому что иначе это выглядит как бренд, будто единственная версия Бога, которую люди могут понять, — это та, как они её объясняют. Да. Так или иначе, вот как они думают. Так вот, что касается медитации: как видите, слова «медитация» в Коране на самом деле нет. Медитация существует в английском, это реальная вещь, но в арабском не было нужды её описывать: другие стихи, если их объединить, могут дать вам слово «медитация». Например, в арабском есть довольно много стихов, которые говорят: «не беспокойтесь». В Коране есть стих, который говорит: те, кто веруют в Бога и Последний день и ведут праведную жизнь, — им нечего бояться, и они не будут опечалены. По сути, медитацию следует понимать как базовую способность не беспокоиться — на базовом уровне, если думать о простой медитации. Более продвинутая медитация — но может быть рискованно так говорить, но я просто скажу, что я имею в виду, — если понимать это немного глубже, это способность не думать. Многие люди, когда им говорят: «О, я медитирую» — я бы так не сказал, это как-то странно, но так или иначе, — если кто-то говорит: «Я медитирую», как гуру, какой-нибудь индийский гуру или индуистский гуру говорит им: «Давайте медитировать» или «Вот как мы медитируем», — большинство людей, особенно в западной культуре, неправильно это понимают. Они думают, что это какое-то размышление. На самом деле это неразмышление — способность не думать. И это связано, потому что это позволяет вам не беспокоиться. Потому что почему люди думают? Потому что они беспокоятся. Если вы думаете о планах пойти завтра на работу, зачем вы это делаете? Потому что беспокоитесь. Вы беспокоитесь. Вы не хотите потерять работу. Почему вы думаете о том, что будете готовить сегодня? Потому что беспокоитесь. Вы беспокоитесь, что останетесь голодными, если этого не сделаете. Так что мышление и беспокойство довольно тесно связаны. И способность не думать может также позволить вам не беспокоиться. Я не говорю «станьте совсем глупыми», но есть такая вещь, как, скажем, снижение активности мозга до уровня, где вы не беспокоитесь. Вы не беспокоитесь. И это, по сути, и есть медитация. Есть, скажем, уловки, чтобы как бы это немного активировать, — по сути, нужно быть в настоящем, потому что люди думают в основном о будущем или о прошлом: либо они мечтают, обычно о прошлом, или о каком-то воображаемом сценарии, что не является медитацией, либо планируют, думают о будущем: «О, что я буду делать завтра?» — или разговаривают сами с собой. Есть много… Я не знаю, как люди думают. Думаю, были исследования о том, чем люди занимаются большую часть времени днём, о чём думают днём. Некоторые люди на самом деле разговаривают сами с собой, другие воображают разговоры с другими, третьи думают о будущем — как они будут делать те или иные вещи, на какую работу подадут и тому подобное. Другие думают о прошлом, знаете, у них ностальгия по прошлому. Так что у людей есть склонность так делать, и это не медитация. Медитация — это остановить слишком много такого. И, по сути, способ это сделать — всё, что удерживает вас в настоящем прямо сейчас. Что я говорю прямо сейчас? Что я чувствую прямо сейчас? По сути, как я могу быть в настоящем, не беспокоясь о будущем, не думая о прошлом, могу ли я быть в настоящем? И да, я думаю, лучшая способность медитировать — не использовать никаких уловок, но большинство людей используют уловки, как, скажем, учат некоторые гуру или кто-то ещё: они используют уловки, чтобы этого добиться, потому что люди, скажем, не так уж хорошо умеют медитировать. Позвольте сказать так: если медитации нужно учить, то это потому, что вы в ней не сильны, и потому что у вас это плохо получается. Однако это не значит, что нам не следует этим пользоваться, делать так. Опять же, я не учу вас медитировать. Я думаю, её переоценивают, потому что, если будет угодно Богу, как я вам скажу, мы на самом деле и так медитируем в течение дня. Но что я хотел сказать? Так вот, да, есть методы, чтобы как бы удерживать вас в настоящем, но прежде чем я к этому перейду, давайте покаемся.

Хвала Богу. Нет другого бога, кроме Бога. Так вот, как нам как бы — как мы можем поощрять, я не хочу использовать слово «навязывать», — но как, скажем, если вы не знаете, как медитировать, и кто-то спрашивает вас: «Как мне медитировать?» — по сути, нужно просто сказать человеку или самому себе быть в настоящем. А как можно быть в настоящем? Как бы не думая, а люди, к сожалению, не умеют не думать. Люди не умеют не думать. Прямо сейчас они просто не могут остановить свой ум. Ум продолжает работать: думаешь, думаешь, думаешь, думаешь. Особенно если у вас тревожность, депрессия — вы будете думать всё больше, больше и глубже, и мысли будут нести всё более сильные эмоции. Так что это способность не думать, а люди не очень хорошо это умеют, поэтому мы иногда используем уловки. Я называю их уловками, потому что не хочу, чтобы люди как бы злоупотребляли этим как каким-то методом, который обязательно нужно выполнять. Это уловка. Это нормально. Она работает. И некоторые из этих уловок — вы просто, скажем, сосредотачиваетесь на своих ощущениях. Например, некоторые гуру скажут вам: дышите, дышите медленно, сосредоточьтесь на дыхании. Хорошо, это удерживает вас в настоящем. Это просто не даёт вам думать о будущем, о прошлом или прямо сейчас. Скажем, где бы вы ни сидели, просто сосредоточьтесь на том, к чему вы прикасаетесь или где сидите. Это потому, что теперь это убирает беспокойства, потому что вы в настоящем. Вы прямо сейчас, прямо здесь. Не думаете о будущем, ничего о прошлом. Прямо сейчас вы в настоящем. Вы просто есть. Вы не думаете, вы просто есть. Это медитация. Или, скажем, люди делают это гораздо больше, чем осознают, поэтому я, скажем, думаю, что её переоценивают. Её переоценивают как, скажем, слово. Например, когда вы чувствуете хороший запах, это на самом деле возвращает вас в настоящее. Скажем, вы думали: «О, что я буду делать сегодня?» — а потом вдруг проходите мимо цветов, и там хороший запах, и вы думаете: «Какой хороший запах». Это просто вернуло вас в настоящее, и вы стали счастливее. Это вернуло вас к тому, что вы чувствуете, делаете прямо сейчас. Так что это как бы удерживает вас от тех плохих, беспокойных мыслей, от слишком сильного беспокойства, и на самом деле это происходит гораздо чаще. Многое из того, что описывает Коран, — например, Коран описывает признательность, — признательность — это форма медитации. Например, когда вы цените что-то: вы видите цветок, вы его цените. И почему это медитация? Потому что это удерживает вас в настоящем. Когда вы что-то цените, вы не можете думать о завтрашнем дне. Вы просто цените это сегодня. Вам это нравится сегодня. Объятие — это медитация, потому что что делает объятие? Оно не даёт вам думать о будущем или прошлом. Оно просто удерживает вас в настоящем, потому что вам нужно, скажем, задействовать свои чувства. Так много вещей — медитация. Когда мы едим, мы медитируем. Когда мы смотрим фильм, мы медитируем. Однако это уловки. Большинство людей не обладают способностью медитировать просто сами по себе. Поэтому им нужна внешняя стимуляция, чтобы медитировать. Я думаю, музыка, наверное, лучше всего. Если вы хотите знать, что чувствуют люди, которые действительно умеют медитировать, — это как при прослушивании музыки, потому что что делает музыка? Она удерживает вас в настоящем. Вот и всё. Поэтому это приятно. Она удерживает вас сейчас, прямо сейчас, потому что есть нота, и вы знаете, что следующая нота тут же, сразу после неё, а потом следующая. Так что она постоянно удерживает вас в настоящем, прямо сейчас, прямо здесь. Что вы чувствуете? Что вы видите? О чём вы думаете сейчас? Только о сейчас. Так что да, я говорю о том, что просто слушать музыку так же хорошо, как то, чему вас научит гуру. По сути, я говорю: не попадайтесь на гуру, потому что то, что они продают, то, что они на самом деле вам говорят, — это как не делать других вещей, когда вы медитируете; они не учат вас медитировать. Медитировать вы можете сами; любой может медитировать, просто сидя, если у вас есть способность просто сидеть одному, ничего не делать и не беспокоиться. Большинство людей, если они просто ничего не делают, будут беспокоиться. Кстати, и это рискованно, потому что, когда это преподают так, как преподают гуру, на самом деле они учат апатии. Они учат жизни, которая не активна. Если взять пример, скажем, из фитнеса: фитнес — это хорошо, однако большинство фитнес-людей научат вас, как не быть успешным в жизни, потому что: «О, вам нужно тренироваться пять раз в неделю, вам нужно делать вот это». По сути, вы говорите мне не ходить на работу, не читать и не делать того, что важнее для меня самого. То же самое с теми гуру, которые говорят о медитации: по сути, любой может это делать; проблема в том, что когда люди идут к гуру, то, как те их учат, мешает им делать что-то большее, чем просто медитацию. К сожалению, сегодня, поскольку мы не живём полной жизнью, нам приходится выбирать, что именно мы хотим делать в разных вещах. Например, мы либо медитируем, либо тренируемся, либо едим, а в прошлом люди делали это практически всё вместе. Можно есть и медитировать, знаете, можно идти и жевать жвачку. Но сегодня приходится делать это по отдельности: «О, давайте сделаем вот это конкретное или то конкретное». Это в основном потому, что мы не живём полной жизнью, потому что, кстати, на всё не хватает времени. Так что вы будете делать? Медитировать или тренироваться, или что из этого вы будете делать первым? В сутках не хватает часов. Вот почему мне не нравится… Да, я верю в медитацию — как, скажем, её перевёл Рашад; я думаю, хорошо, что он перевёл её так, в основном потому, что люди неправильно брендировали другие вещи. Однако я просто хочу как бы предостеречь вас, чтобы вы не попались на другую крайность — думать, что в медитации есть какой-то секрет. Это просто быть в настоящем, вот и всё, и не беспокоиться о будущем. И вы можете её как бы вызвать. Может быть, слово «вызвать» здесь лучше. Вы можете вызвать медитацию определёнными техниками: дыхание, сосредоточение на настоящем, на том, что вы обоняете, что слышите, что видите, признательность, отсутствие беспокойства. Лучшая же форма медитации — Контактная Молитва. Чтение Корана — тоже очень хорошая форма медитации. Но лучшая форма медитации — Контактная Молитва, потому что что делает Контактная Молитва? Она удерживает вас в настоящем. Вам нужно постоянно что-то говорить, а значит, вы не можете разговаривать сами с собой о чём-то другом. Вам нужно постоянно что-то чувствовать, потому что, когда вы, скажем, стоите, что вы чувствуете? Ступни. Вы чувствуете, как ступни касаются земли, когда вы стоите. Когда вы падаете ниц, вы чувствуете землю руками или чем там — головой. Вы чувствуете землю здесь или чувствуете, как движется тело. Так что она удерживает вас в настоящем. Она останавливает ваши беспокойства. Вы уже не так сильно беспокоитесь. Вот и всё. Но, как видите, с Контактной Молитвой, медитируя, вы делаете так много других вещей. Вы поминаете Бога. Вы прославляете Бога. Вы выражаете признательность, вы покоряетесь Богу. Вы повинуетесь Богу. Так много других вещей вы делаете с Контактной Молитвой, включая медитацию. Так что, по сути, то, чему другие учат вас о медитации, — я не говорю, что это неправильно или правильно. Просто это более ограничено. Вы можете делать больше. Вы можете делать больше, чем это. Так что что бы ни говорили вам гуру, что бы ни было в буддийских религиях, в индуистской религии, — да, в этом есть доля правды. Я говорю, что да, медитация существует. Она реальна. Однако они учат вас делать меньше. Вы можете делать больше, а «больше» значит, что вы медитируете и делаете другие вещи. Кстати, скажем, и отчасти поэтому, я думаю, некоторые страны иногда беднее. Отчасти, я думаю, немец, который работает и получает удовольствие от своей работы, какой-нибудь физической работы, медитирует больше, чем осознаёт, по сравнению с человеком, который ушёл в какой-нибудь буддийский храм где-нибудь в Непале или Индии и полностью сосредоточен на своей медитации. Тот, наверное, медитирует не так много, как немец, который просто сосредоточен на своей работе. Работа — это медитация, если вам она нравится. Если вы её ненавидите — нет. Если вы её ненавидите, если вам приходится планировать. Кстати, даже сегодня — поэтому я и говорю, что у нас нет полной жизни — потому что даже работа сегодня не всегда медитация. Бо́льшая часть нашей работы включает то, что я называю административными делами. Многие думают: «О, я стану врачом. Я буду…» Половина работы — это просто заполнение документов. Вы на самом деле не разговариваете с пациентами. Вы не учите тому, что знаете. Это административные дела. Какая бы у вас ни была профессия, наверное, половина вашей работы — это что-то другое. И многие молодые люди на самом деле удивляются, когда выходят на работу. Скажем, вас нанимают учителем, а большую часть времени вы не преподаёте. Большую часть времени вам нужно отчитываться о своей программе или о чём-то ещё, отчитываться о своём плане, отчитываться о том, что вы сделали, и тому подобное. Это не медитация. А медитация — это когда вы действительно преподаёте, скажем, и получаете от этого удовольствие, потому что вы в настоящем, прямо там, прямо тогда. Вы не планируете. Вы не беспокоитесь. Так что я говорю о каком-нибудь немце, о котором никто не подумает, что он медитирует. Он просто работает. Ему нет дела до религии. Ему нет дела до индуизма. Он ходит на работу. Какую работу взять в качестве хорошего примера? Скажем, возьмём что-нибудь простое — уборку улиц. Знаете, в некоторых городах нанимают людей убирать улицы. Так вот, человек просто убирает улицу. Почему это медитация? Потому что это не позволяет ему думать о будущем. Это не позволяет ему думать о прошлом. По крайней мере, не очень. Он не беспокоится, потому что ему нужно думать о каждом взмахе метлы, о каждом движении, которое он делает, — ему нужно думать о нём, так что это удерживает его в настоящем. Ему нужно думать только о следующем взмахе, так что это удерживает его в настоящем. Он медитирует. Он медитирует и работает. Так что, хотя я не против медитации, я думаю, что то, как медитацию брендируют сегодня, — это меньше того, что можно было бы делать иначе. По сути, вы можете медитировать и работать. Работа — это медитация. Чтение Корана — это медитация. Работа не всегда медитация. Но чтение Корана — всегда медитация. Я говорю о том, что работа — это в основном медитация, но Контактная Молитва — лучшая медитация, потому что вы делаете это плюс всё остальное. Она не мешает вам делать другие добрые дела. Когда я говорю «всё остальное», я имею в виду, что каждое другое доброе дело и намерение, которое у вас может быть, всё это соединено в Контактной Молитве, включая медитацию. Так что она включает медитацию. Да, не думаю, что мне нужно много об этом говорить, кстати. Я не пытаюсь очернить медитацию. Я просто говорю: не попадайтесь на брендированную медитацию. Я против брендированной медитации. Это просто, знаете, медитация. Не нужно её брендировать, она не обязана быть какой-то определённой формой. Да, может быть, если вы просто дышите медленнее, это хорошая медитация. Я опять же не принижаю её. Есть методы. Некоторым людям иногда нужна медитация, потому что у них может быть напряжённая жизнь. По сути, я говорю, что она, наверное, больше относится к психологии и терапии. Знаете, если кому-то нужна терапия от депрессии, тревожности и тому подобного — да, медитация, наверное, один из инструментов, не знаю. Это не моя профессия. Это не так важно. Я говорю, что да, я не против этого. Но в большинстве случаев, если у вас нет особой потребности в ней, вы можете просто делать её так, чтобы заодно достигать и других вещей. Вы можете ходить на работу, если она вам нравится. Правда, это на самом деле медитация. Да. Есть у кого-нибудь вопросы?

Единственное, что вам нужно помнить: медитация — это не беспокоиться, а в высшей форме — не думать, что почти невозможно. Кстати, скажем, одна из форм, как Рашад, скажем, медитировал, — это то, что по-арабски называют поминанием Бога, когда произносишь… Да, это форма медитации, но видите, она всё равно достигает того же: удерживает вас в настоящем, потому что, пока вы это произносите, вы не можете думать о чём-то другом, о будущем. Да. Кто-то пишет, что слушать пятничную проповедь — хорошая медитация. Да, это тоже медитация. Так что видео-Коран частично предназначен для медитации. Вы изначально спрашивали — да. Так что мой ответ — да. Видео-Коран частично предназначен для медитации, потому что он использует некоторые из этих уловок. Это уловка: в нём красивые виды. Если будет угодно Богу, в нём будут красивые виды. Немного музыки, может быть, какие-то звуки. Кстати, многие, скажем, видео — если вы зайдёте на YouTube и поищете видео для медитации, что там будет? Просто какой-то незамысловатый звук. Там нет никакого секрета. Всё, что оно делает, — удерживает вас в настоящем. Оно не даёт вам думать о будущем или прошлом, потому что — почему? Пока вы слышите звук, он не даёт вам других мыслей, потому что вы сосредоточены на том, что слышите. Вот и всё. Так что да, там есть медитация, потому что людям нужно сосредотачиваться на Коране, и если там есть, скажем, дополнительные звуки или видео, это может помочь им медитировать. Это искусственно. Я знаю, что это искусственная медитация. По сути, это обманывает людей, заставляя их думать, что они лучше в этом, чем на самом деле. Но ничего страшного. Ничего страшного. Мы и так делаем сегодня искусственные вещи. Я бы этого не делал, если бы не было конкуренции. В интернете так много всего, что на самом деле заманивает вас в свою версию медитации. И это не совсем уловка. Это скорее «дай-ка я крикну погромче, чтобы люди меня услышали». Да. Кричать погромче — уловка, чтобы привлечь внимание людей. Если все на рынке кричат: «О, купите это золото, купите это золото», — и если вы придёте на очень-очень многолюдный рынок, где все продают свой товар, и, скажем, вы захотите там проповедовать, вам придётся кричать, потому что все кричат, и это способ удержать внимание человека в настоящем, прямо там, на том, что вы хотите сказать. Даже сейчас я, наверное, кричу, потому что привык к конкуренции криков — наверное, с работы, из жизни и тому подобного. Извините за слишком громкий голос, но да, это просто способ привлечь внимание. Это не единственный способ. Да. Так что, я думаю, может быть, на сегодня достаточно. Медитация реальна. То, как её вам преподносят, обычно переоценено. В ней не так много большего, чем в обычной работе или прослушивании музыки. И вся музыка — прослушивание музыки — это искусственно. Я не говорю, что так нужно делать. Я лишь говорю, что это происходит даже тогда, когда вы этого не намереваетесь. И я не говорю, что вам обязательно… если вы можете медитировать без музыки, то у вас лучшие навыки медитации. Так или иначе, тем, кому нужно совершить Контактную Молитву, совершите Контактную Молитву. Остальным — мир вам.